91 евро в год на лекарства: за что мы платим такие деньги?

В 2016 году жители Эстонии в среднем потратили на оплату услуг здравоохранения (в том числе и лекарства) 243 евро. В 2015 году эта сумма была ниже – 229 евро. Самыми затратными оказались услуги стоматолога – 69 евро на человека. Оплата рецептурных препаратов обошлась каждому в 52 евро. Лекарства, отпускаемые без рецепта, – 39 евро. Итого на оплату лекарств каждый из нас выложил 91 евро. За что?

Приведенные цифры показывают лишь усредненные значения – понятно, что основной удар приходится на пенсионеров и хронических больных, которые вынуждены выкладывать за лекарства огромные суммы. Главный вопрос: неужели эти препараты действительно так дорого стоят? Как формируется цена и кто контролирует процессы?

«Самые дорогие лекарства – это препараты для лечения онкологии, – рассказывает на условиях анонимности бывший представитель одной из фирм-производителей лекарств. – Да, новые лекарства очень меняют качество жизни больного. Если раньше пациент с четвертой стадией рака напоминал живого мертвеца, который не мог обходиться без посторонней помощи, то сейчас, используя современные препараты, он даже особых болей не испытывает. Живет потихоньку, справляется самостоятельно. А если уже суждено, то гаснет буквально за несколько дней. Но стоят эти лекарства очень дорого».

Сначала пациента пробуют лечить по классическим схемам, известными препаратами. Конечно, если у больного есть деньги, он может приобрести современные лекарства. Но тем, у кого денег нет, надеяться особо не на что.

«На самом деле, Больничная касса финансирует и покупку дорогих и современных препаратов, у нас в Эстонии лечение онкологии находится на достаточно высоком уровне, – комментирует руководитель фонда «Подаренная жизнь» Тойво Тянавсуу. – До какого-то времени застрахованный пациент получает лечение в больнице за счет государства, но потом наступает момент, когда выясняется, что возможности Больничной кассы исчерпаны. И тогда больной обращается к нам за помощью».

В 2016 году Больничная касса выплатила за препараты в больницах 24,7 млн евро, за препараты, приобретенные в аптеке, еще 14,6 млн евро.

Лекарства стоят огромных денег, которых у обычных больных просто нет. Например, средняя «стоимость» пациента, получающего помощь через фонд «Подаренная жизнь», составляет 5000–6000 евро в месяц. «Все по-разному, иногда курс лечения длится 4–5 месяцев, и его стоимость составляет 170 000 евро», – говорит Тойво Тянавсуу.

«Пациенты оказываются заложниками огромного бизнеса, – отмечает Яннис Натсис из Организации, представляющей пациентов Европы (EPHA). – При этом производители не собираются ни на йоту уступать своих позиций, объясняя высокую стоимость препаратов долгосрочными инвестициями в исследования и ценностями, которые их продукция приносит обществу».

По его словам, объяснения высокой стоимости препаратов ресурсами, вложенными в исследования, уже давно не соответствуют действительности.

В итоге катастрофическая ситуация сложилась не только на эстонском рынке лекарств, но и на остальных европейских. Даже богатые страны не в состоянии закупать препараты, стоимость которых можно назвать заоблачной. При этом о какой-либо прозрачности ценообразования даже говорить не приходится.

По словам Тянавсуу, цены на препараты для лечения онкологии колоссальны. И разумеется, они могли бы быть ниже, чтобы обеспечить всем больным надлежащее лечение. Но оценить ценообразование сложно: с одной стороны, бизнес, заточенный на получение прибыли; с другой – инвестиции в развитие.

По словам нашего анонимного источника, само производство препаратов практически ничего не стоит, особенно по сравнению с итоговой ценой коробочки с лекарством:

«Ответят просто: главные суммы вкладываются в исследования и разработки, отсюда и стоимость».

«Разработка новых препаратов длится в среднем 15–20 лет, – объясняет Рихо Тапфер, руководитель Союза производителей лекарств. – На первом этапе происходит синтез химических веществ: из тысяч молекул отбираются те, которые подходят для лечения. Следующий этап, который может длиться до десяти лет, оказывается самым ресурсозатратным: исследуется токсичность препарата, проводятся фармакологические исследования и клинические испытания».

Только после того, как все исследования позади, препарат регистрируется в Европейском департаменте лекарств. Затем можно использовать новое лекарство.

По словам руководителя Союза производителей лекарств, в среднем разработка одного препарата обходится в 1,5–2 млрд долларов, а для того, чтобы вернуть затраченные средства, лекарство надо защитить патентом.

«Патент действует 15–20 лет, после истечения срока защиты любой желающий может производить такой препарат, – говорит Рихо Тапфер. – Но лекарства являются не совсем обычной продукцией, поэтому цены на препараты и разрешенные наценки регулируются законами и государственными учреждениями».

Отдельно подчеркивается то, что, говоря о стоимости лекарств, остается незамеченной получаемая от них польза. Для многих болезней раньше необходимо было проводить операции, а сейчас они лечатся с помощью разных препаратов. Кроме того, отмечает Тапфер, эффективное лекарство позволяет быстрее вернуться на работу.

Исследования и разработки позволяют развивать технологии. Но когда речь идет о жизни и смерти, этот бизнес выглядит весьма неприглядно. А когда расходы на лекарства сжирают половину пенсии, картина становится и вовсе удручающей.