«Взял дочку, поехал на море»: история одного папиного путешествия

Как известно, в Вильнюсе моря нет. Но, если поехать на автобусе через всю страну, то окажешься в Паланге. Там моря просто завались. Именно в Паланге мои родители купили небольшую квартиру.

-Приезжайте, приезжайте! Будет классно. Я уеду в Москву как раз, а вы тут с дедушкой потусите. Должен же ребёнок на море побыть. Тут сосны, чайки, белки в парке. Хоть на две недельки. И ты отдохнёшь. В Москве наверняка и дышать нечем, и Аськины друзья все разъехались. Очень ждём вас с внучкой. Приезжайте!

После таких маминых уговоров я залез в интернет и взял два билета в плацкартный вагон до Вильнюса. В конце концов, должен же ребёнок на море побыть, в самом деле. Конечно, я подозревал, что мой 75-летний отец, я и моя девятилетняя дочка провести без конфликтов пятнадцать дней не сможем, но рискнуть стоило.

Стали собираться. Ася решила взять с собой вещи, которые она любит. Ей было совершенно не важно, что в Паланге не нужны осенние джинсы, три пары босоножек и четыре любимые майки, которые уже в прошлом году были малы.

Конечно, еще Аська взяла с собой настоящий раздельный купальник. И ещё книги по школьной программе. Я кинул в рюкзак пару маек и шлёпанцы. В таком составе мы приехали на Белорусский вокзал.

В поезде мы сразу начали есть. Мы с Аськой поступили модно и хитро. Взяли несколько сырных лепёшек, нарезанный сыр, куриную грудку, овощи и соусы, и с удовольствием сворачивали удобные сытные роллы, пока остальные пассажиры бегали всё время в туалет мыть руки.

После еды весь вагон погрузился в гаджеты. Аська с надеждой посмотрела на меня, но я сделал вид, что внимательно изучаю бескрайние русские поля, проносящиеся в окне. На самом деле, она знала правду: нам предстоит пять часов в автобусе и именно ради этого я взял с собой iPad. До этого она может читать, рисовать, играть со мной в «Морской бой» или просто спать.

Аська решила оглядеться: напротив нас ехала мама с парнем тоже лет девяти, в соседнем купе молодая пара с тремя почти грудными детьми. Они периодически взрывались истошным плачем, но очень быстро успокаивались и занимались дальше своими делами. С ними ехал просто геройский папа. Он постоянно кого-то ловил на второй полке, кого-то кормил на первой, кого-то успокаивал, прогуливаясь по вагону. Всё это он делал с таким видом, будто нет ничего приятней на свете, чем застрять в душном июльском поезде с тремя маленькими детьми на двенадцать часов.

Мальчик, который ехал напротив нас, вел себя хуже младенцев. Он включал и выключал радио каждые десять минут. В течение часа выбирал, на какой полке он будет спать. Сильно переживал, что на его планшете очень быстро сядет батарейка и постоянно клянчил у мамы её телефон.

Виталик (предположим, его звали так) был настолько занят мамой, радио, планшетом, телефоном и собственной персоной, что совершенно ничего не видел вокруг. Только через несколько часов он заметил Асю и тут же с ней решил познакомиться. Кажется, мама парня с облегчением вздохнула. Как выяснилось, мальчик в девять лет не умеет читать (не уметь читать в третьем классе?). Аська начала читать Виталику комиксы вслух. Они мирно хихикали на второй полке, и я немного расслабился. Захотелось курить.

Курить в тамбурах нельзя, только на станциях. Иногда я себе позволяю ночью выкурить сигарету между вагонами, но в этот раз не смог. Вообще, путешествие с ребёнком накладывает определённые этические обязательства. Нельзя ехать в поезде с маленькой девочкой и колотить воблой по столу, потягивая пивко. В Паланге нас встретил дедушка Костя. Пока мы шли под сенью сосен, Аська без умолку рассказывала дедушке о том, как дела в Москве и как мы доехали. Надо сказать, что Паланга сам по себе чудесный город. Люди ведут себя скромно и независимо, старики не скандалят и не возят сумки на колёсиках. Все ездят на велосипедах и едят мороженное у фонтанов. Пока мы шли мимо всей этой прелести, стало ясно, что это место для стариков и детей. Что делать тут тридцатилетнему мужику? Любоваться закатом 15 дней?

Зато море с каждым днём радовало всё больше. Аська из воды просто не вылезала. Она шла и шла навстречу горизонту, а волны едва доходили ей до колен.

Солнце греет, море плещет, дочь визжит, а дедушка на берегу смеётся и фотографирует внучку. Примерно так плохие советские писатели описывали идеальный отдых. Но в тот момент нам всем троим было плевать на клише, мы просто радовались, что всё именно так происходит.

Через несколько дней такой жизни мы потихоньку стали уставать друг от друга. Мы с папой давно не живём вместе и просто отвыкли, а Аська должна была «играть» сразу две роли: послушной дочки и избалованной внучки. Конечно, она всё время путалась. То она со мной начинала общаться, будто ей шесть лет, то начинала задавать дедушки такие провокационные вопросы, что он терялся и не знал что ответить. Короче, пару раз дедушка тактично сказал, что неважно себя чувствует и с нами на море не пойдёт. Вот тут я смог показать Аське свою Палангу, а не дедушкину. Рассказать свои истории о городе и просто побыть с ней наедине. Кончилась эта идиллия не самым лучшим образом.

Аська потерялась в незнакомом городе. Мы отлично покупались, потусили на пляже, я зарыл дочку в песок, а она меня. Пока я отряхивал от песка подстилку, книжки и мокрые полотенца, Аська крикнула мне: «Давай кто быстрее, встретимся на улице Юрате». И умчалась. По-хорошему, я должен был окликнуть её и договориться о точном месте, но июльская жара притупила мои рефлексы. Аська убежала в дюны, сверкая пятками. Конечно, на Юрате её не было. Я вернулся на пляж и тоже её не нашёл.

Так я ходил минут двадцать. Пляж, улица Юрате, пляж… Я встретил её на пляже. Она бежала ко мне почти от самого моря через широкую полоску песка. Мне казалось, что бежала она часа два. До дома шли молча. Дедушка понял, что во время прогулки что-то пошло не так и не стал приставать с расспросами. Мы пообедали, а потом у Аськи выпал молочный зуб.

Потом приехала бабушка. Это значило, что через два дня мы поедем в Москву. Мы с дочкой потихоньку прощались с морем. Стали выбирать сувениры и подарки. Потом вспомнили, что мы в Европе, и купили много классных шмоток Асиной маме и младшему брату. За время поездки Аська умудрилась начать четыре книжки и теперь панически все их дочитывала.

В последний день пошёл дождь. Потом у Аськи разболелся живот. Я понял, что придётся у родителей просить ещё одну сумку: все подарки не влезали в мой рюкзак. Моя мама переживала, что почти нас не застала. Настроение у всех было не очень. Мы прощались на автовокзале в Паланге недолго: дедушка с бабушкой сделали вид, что уже торопятся, и мы с Аськой залезли в автобус.

За эти пятнадцать дней Аська съела десяток блинов с сыром и ветчиной, прочитала несколько хороших книг, выучила гумилёвского "Жирафа", накупалась и потеряла зуб. Мы приехали в Москву, вручили подарки, рассказали весёлые истории о поездке и Аська уехала на дачу. Вечером того же дня я лежал один дома и думал, какие итоги можно подвести? Окей, мы стали больше доверять друг другу.