В Архангельске соцработник-мошенница забрала себе квартиру стариков

В 2014 году 76-летние супруги Поповы, за которыми она ухаживала по долгу службы, подписали в её пользу дарственную на свою однокомнатную квартиру. Соседям это показалось подозрительным, и они забили тревогу.

Странности начались ещё до перехода квартиры от пожилой четы к соцработнице. Прежде Галина Николаевна и Василий Николаевич охотно пускали соседок в свой дом, принимали их помощь. А помощь была им ох как нужна: Галина Николаевна перенесла инсульт и плохо видела, у её супруга парализована вся правая часть тела.

Но после того, как в 2013 году за ними закрепили соцработника Любовь Герасимову, общаться, по словам соседей, стало проблематично. Дверь в квартиру Поповых постоянно была закрыта на ключ снаружи, на телефонные звонки они не отвечали. На вопросы соседок Герасимова отвечала, что старики боятся ограбления.

У Василия Николаевича есть сын от первого брака, который живёт в Тверской области. Андрей периодически навещал отца с мачехой (переезжать к нему они не хотели), справлялся о здоровье близких по телефону. Но в последний день 2014 года и он не смог с ними поговорить: трубку сняла социальный работник и сказала, что Галина Николаевна с Василием Николаевичем плохо понимают происходящее и общаться не могут.

А в январе 2015 года Андрей получил от соцработницы смс-сообщение о том, что Поповы подарили ей свою квартиру. Оповестила она об этом и соседей, и центр социального обслуживания, в котором работала. Одновременно Герасимова представила туда заявления пожилой пары об отказе от услуг соцработника в связи с тем, что за ними теперь будет ухаживать знакомая.

Руководитель центра отреагировала жёстко — потребовала, чтобы сотрудница немедленно уволилась и вернула квартиру Поповым. Но ограничиться этим было уже невозможно: ситуацией заинтересовались правоохранительные органы. Андрей приехал в Архангельск и обратился с заявлением в полицию. Соседи поведали странную историю журналистам. В возбуждении уголовного дела сначала отказали, но после вмешательства прокуратуры оно всё же появилось.

Суд допросил множество свидетелей — соседей, врачей, нотариусов, социальных работников. Конечно же, были рассмотрены документы, в том числе завещание, составленное в 2012 году на всё имущество в пользу сына Василия Николаевича и не утратившее силу.

В итоге странная история превратилась в достаточно простую, но хорошо продуманную схему.

Как установили следствие и суд, социальный работник стала убеждать подопечных, что Андрей о них не заботится и ведёт аморальный образ жизни, а вот она будет за ними ухаживать до конца дней. Задачу облегчило зависимое положение и состояние здоровья пожилых людей. По заключению экспертизы, они не могли понимать значение своих действий.

Однокомнатная квартира в центре Архангельска принадлежала Поповым в равных долях и на тот момент оценивалась в два миллиона 300 тысяч рублей. Будучи введёнными в заблуждение, Поповы согласились оформить дарственную на Герасимову.

И та начала действовать. Чтобы получить справку о психической полноценности дарителей, соцработник пригласила к ним психиатра для освидетельствования. Врач поговорила с Василием Николаевичем, усомнилась в том, что он способен совершать сделки, и выдала справку о целесообразности расширенного обследования.

Но Герасимову это не остановило. Она обратилась к другому психиатру, который признал обоих супругов способными понимать значение своих действий, несмотря на «лёгкое когнитивное расстройство».

Затем Герасимова вызвала к Поповым нотариуса, а также привезла к ним своего мужа, которому предложила стать их доверенным лицом при совершении сделки с квартирой. При этом будущая владелица недвижимости не сказала нотариусу о том, что она обслуживает дарителей как социальный работник, а доверенное лицо — её супруг.

Как сказала в суде нотариус, если бы она знала об этом, то не стала бы оформлять доверенность и предупредила клиентов, что сделку могут признать недействительной, поскольку социальный работник должна действовать в интересах подопечных, а не своих собственных.

А дальше было уже совсем просто. На следующий день Герасимова отвезла договор дарения в управление Росреестра и через пару недель стала собственником квартиры.

В суде обвиняемая говорить отказалась, но были зачитаны её показания, данные на предварительном следствии. По словам Герасимовой, Поповы сами решили подарить ей квартиру — за то, что она будет постоянно ухаживать за ними не как соцработник, а как частное лицо.

Однако Гражданский кодекс запрещает работникам организаций, оказывающих социальные услуги, принимать подарки стоимостью свыше трёх тысяч рублей от граждан, которых они обслуживают.

Суд пришёл к выводу, что социальный работник завладела квартирой путём обмана и злоупотребления доверием, умышленно, из корыстных побуждений, при этом воспользовалась престарелым возрастом, состоянием здоровья и зависимостью от неё потерпевших.

Наказание смягчили двое детей, частичное признание вины и стремление возместить ущерб — Герасимова сама обратилась в суд с иском о признании договора дарения недействительным. В результате квартира была возвращена Поповым.

Галины Николаевны не стало в январе 2016 года. Ничего не утверждаем, но случившееся с их квартирой уж точно не прибавило ей здоровья.

Любовь Герасимову суд приговорил к четырём годам лишения свободы условно.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Но остались вопросы. Если пожилые люди, у которых были родственники и неравнодушные соседи, стали жертвой обмана, то насколько же беззащитны перед ним одинокие старики? Почему так легко «ввести в заблуждение» высокопрофессиональных юристов и опытных врачей? Ведь очевидно, что выезжая на освидетельствование и оформление сделок к пожилым людям, надо быть втройне бдительными.