Наручники, порка и приседания. О методах «реабилитации» Ройзмана заявили в суде

Глава фонда «Город без наркотиков» пытался оправдаться со странным аргументом: «Я же историк…»

27 августа в Березовском городском суде состоялось очередное заседание по уголовному делу о незаконном лишении свободы в женском реабилитационном центре «Города без наркотиков». На скамье подсудимых по-прежнему сидел экс-«смотрящий» ребцентра Игорь Шабалин. Бывшие реабилитантки фонда рассказали об избиениях и пытках. Также в качестве свидетеля выступил руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман. Он признался, что не вел в фонде финансовую отчетность, а зарплату платил «из кармана». Об этом, а также о внезапном молчании ценного свидетеля, номинального президента фонда Сергея Щипачева, – в нашем материале.

27 августа в Березовском состоялось очередное слушание по уголовному делу, возбужденному в отношении 35-летнего сотрудника женского реабилитационного центра фонда «Город без наркотиков» Игоря Шабалина. В качестве свидетелей были вызваны одна из бывших реабилитанток центра в Сарапулке и сам руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман.

В начале заседания государственный обвинитель заявила ходатайство об оглашении показаний свидетелей (реабилитанток), которые по каким-либо причинам не смогли лично прийти в суд. Исходя из показаний, записанных со слов Борзенковой Ольги (начала реабилитацию 22 декабря 2011 года), она лично видела, как другие реабилитантки – Павловец и Гагарина – были пристегнуты в лежащем положении наручниками.

Павловец рассказала, что Евгений Маленкин выпорол её ремнем, а Гагарину избили ключники (старшие) из мужского ребцентра с Белоярки по указанию вице-президента фонда Евгения Маленкина. Также в своих показаниях Борзенкова указала, что за негативные отзывы о методах реабилитации Маленкин приковал Павловец наручниками, при этом девушка лежала на голой металлической сетке.

По показаниям бывшей реабилитантки, в январе 2012 года три девушки, не выдержав суровых условий проживания в ребцентре «Города без наркотиков», сбежали. Через несколько дней Игорь Шабалин и «белоярские» нашли их, насильно захватили и привезли обратно в реабилитационный центр, находящийся в поселке Сарапулка. В своих показаниях Борзенкова также рассказала, что девушки боялись говорить «лишние слова», так как в этом случае Маленкин мог посадить их на так называемый карантин, заставить приседать, мог и применить наручники.

Адвокаты подсудимого, присутствующие сегодня на заседании, были против оглашения этих сведений. В противовес показаниям бывшей реабилитантки они настояли на показе в суде видеозаписей. На этом видео наркозависимые якобы добровольно соглашаются пройти курс лечения в «ребцентре» Ройзмана. Записи в итоге показали. Что это дает адвокатам Шабалина, непонятно. Ведь некоторые наркозависимые, которые действительно приходили в фонд добровольно, не подозревали, что условия содержания в ребцентре окажутся, по сути, «концлагерными». И факт добровольной явки в ребцентр, на деле оказавшийся «частной тюрьмой», не лишает девушек, как законопослушных граждан России, права на протест, на разрыв всех соглашений с «тюремщиками».

Интересно, что в числе показанных в суде видеороликов оказался фрагмент с заявлением девушки, пытавшейся сбежать из фонда. Она (вероятно, вынужденно) говорит на камеру, что телесные повреждения на пояснице получила сама – при падении в лесу. При этом многие наблюдавшие за ходом процесса успели заметить, что повреждения на пояснице(!) этой девушки выглядят как следы от ударов ремнем. Можно сказать, что этим роликом фондовцы сами себя скомпрометировали.

После перерыва в заседании в суд из Златоуста приехала еще одна бывшая реабилитантка. Девушка не стала исключать того, что в ребцентре применялось наказание в виде приседаний, и подтвердила, что был случай, когда одну из девушек приковывали наручниками, а Евгений Маленкин порол реабилитантку Ольгу Павловец за то, что она ему нагрубила. По ее показаниям, были и другие случаи, когда девушек пороли за различные провинности: например, за побег из центра или отказ приседать. Во время порки громко включалась музыка (вероятно, для того, чтобы крики избиваемых не слышали другие реабилитантки или жители соседних домов).

Следом выступил «главный» свидетель защиты – Евгений Ройзман, руководитель фонда «Город без наркотиков», ранее судимый за кражи. Он начал по принципу «сам себя не похвалишь…», заявив, как много сделал для города, сколько операций было проведено фондом, кто помогал в строительстве ребцентра. Ройзман наговорил много разного, не имеющего отношения к уголовному делу. К удивлению наблюдателей, Ройзман стал отрицать факт применения наручников в ребцентрах. Не обошлось и без попытки заявить, что уголовное дело в отношении сотрудников фонда является «совершенно политической ситуацией». В целом выступление Ройзмана было больше похоже на самопиар, чем на попытку облегчить положение своего бывшего подчиненного Шабалина.

Не забыл упомянуть в своей речи наркоборец и о своем соратнике – ныне находящемся в федеральном розыске Евгении Маленкине. По признанию Ройзмана, последний никогда не являлся вице-президентом фонда, но ему очень нравилось, когда его так называли. Более того, Маленкин якобы никогда не являлся сотрудником фонда «Город без наркотиков», хоть и принимал участие в его деятельности с 2005 года и получал зарплату – 25 тысяч рублей в месяц из кармана Евгения Ройзмана. Что касается зарплаты для остальных сотрудников фонда, т.н. «оперативников», то, как правило, деньги они также получали от Ройзмана и не были официально трудоустроены. По словам главного фондовца, сам он не вел никакой документации и финансовой отчетности, так как мало в этом разбирается. «Я ведь историк», – почти кокетливо заявил скандальный «наркоборец».

В своем выступлении Ройзман упомянул и номинального президента фонда Сергея Щипачева. По словам «наркоборца», этот персонаж вряд ли сможет рассказать следствию что-либо внятное, так как серьезно заболел, в результате чего якобы оглох. С чем может быть связана внезапная проблема со здоровьем у недавнего официального руководителя фонда, выяснить не удалось. Но не сложно понять, что участие Щипачева в работе фонда «Город без наркотиков» изначально задумывалось как «роль без слов». И, пожалуй, к счастью, что теперь уже лишний для Ройзмана свидетель всего лишь лишился слуха…