В день рождения Эдуарда Асадова. "Лишь цветок из огня над Сапун-горой"

Своё сердце Эдуард Асадов завещал захоронить на Сапун-горе в Севастополе. Но по свидетельствам работников музея на Сапун-горе, родственники были против, поэтому завещание поэта выполнено не было.

Сапун-гора. Это, конечно, не совпадение, что именно эта возвышенность, находящаяся к юго-востоку от Севастополя метафизически объединила судьбы Льва Толстого и Эдуарда Асадова. Великого русского писателя, которого хоронили армяне, и русского поэта армянского происхождения, автора многочисленных стихов о любви и знаменитого «Россия начиналась не с меча».

Таким видел героический Севастополь молодой Эдуард

4 бастион (Батарея Костомарова), где воевал за самый русский город Крыма молодой Лев Толстой, и где в ночь с 3 на 4 мая 1944 года в боях за Севастополь под Бельбеком молодой армянский воин, уже поэт, получил тяжелейшее ранение осколком снаряда в лицо. Теряя сознание, он довёл грузовой автомобиль с боеприпасами до артиллерийской батареи. После продолжительного лечения в госпиталях врачи не смогли сохранить ему глаза, и с того времени Асадов был вынужден до конца жизни носить чёрную полумаску на лице.

Будучи юнкером, Лев Николаевич оставался два года на Кавказе, где участвовал во многих стычках с горцами, возглавляемыми Шамилем, и подвергался опасностям военной кавказской жизни. Он имел право на Георгиевский крест, однако в соответствии со своими убеждениями «уступил» его сослуживцу-солдату, посчитав, что существенное облегчение условий службы сослуживца стоит выше личного тщеславия. С началом Крымской войны Толстой перевёлся в Дунайскую армию, участвовал в сражении при Ольтенице и в осаде Силистрии, а с ноября 1854-го по конец августа 1855 года был в Севастополе.

Довоенное фото Эдуарда Асадова

За оборону Севастополя Толстой был награждён орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», медалями «За защиту Севастополя 1854—1855» и «В память войны 1853—1856 гг.». Впоследствии его наградили двумя медалями «В память 50-летия защиты Севастополя»: серебряной как участника обороны Севастополя и бронзовой как автора «Севастопольских рассказов».

Эдуард Асадов тоже имел много наград: медали за оборону Севастополя и Ленинграда, за победу над Германией в Великой Отечественной войне, Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени, Орденом Почета за большой вклад в отечественную литературу, Орденом Дружбы Народов и другими.

Мы не говорим о том, что оба этих выдающихся человека были равноценными по своему вкладу в литературу, но близость их судеб еще раз подчеркивает, что армянское и русское оружие, вера и духовные искания были рядом много веков.

Есть мнение, его разрабатывает в своем романе «Имя мне – Красный» Орхан Памук, что слепота – это колыбель нашего зрения. В главе «Слепота и память» он говорит, что до того как люди начали рисовать, была тьма, и тьма настанет, когда они перестанут рисовать. Также он пишет, что в духовных практиках Ирана слепота была желанной, ибо мыслитель начинал видеть подлинным зрением.

Какой бы была поэзия Эдуарда Аркадьевича Асадова, если бы не ранняя слепота? Говорить об этом больно. Глядя на его красивое, одухотворенное, иконописное лицо понимаешь, что не нужно было его судьбе этих 26 суток борьбы между жизнью и смертью не было. Но так рождался поэт, хотя первые свои стихи он написал в 8 лет.

Он родился 7 сентября 1923 года в туркменском городе Мары, древнем Мерве. Отец к тому времени прошел все трансформации драматической эпохи. Карабахский армянин, Арташес Григорьевич Асадьянц, и мать Лидия Ивановна Курдова учительствовали первый год, когда на свет появился их сын.

А за 5 лет до этого 9 ноября 1918 Арташес еще в сибирский период своей жизни был арестован на Алтае, освобождён 10 декабря 1919 группой П. Канцелярского. Из тюрьмы вышел большевиком, работал следователем Алтайской губЧК. С будущей женой Лидией Ивановной Курдовой познакомился в Барнауле. В 1921 году уехал на Кавказ, воевал с дашнаками — комиссар стрелкового полка, командир стрелковой роты.

После смерти отца в 1929 году Эдуард Асадов переехал с матерью в Свердловск, где жил его дед — врач Иван Калустович Курдов), выпускник Казанского университета, организатор санитарно-эпидемиологического дела и лечебно-профилактической помощи на Урале. Дядя — художник Валентин Иванович Курдов.

Эдуард вступил в пионеры, затем в комсомол. С 1939 года жил в Москве на Пречистенке, в бывшем доходном доме Исакова. Учился в 38-й московской школе, которую закончил в 1941 году. Через неделю после выпускного вечера началась Великая Отечественная война. Асадов ушёл добровольцем на фронт, был наводчиком миномёта, потом помощником командира батареи «Катюш» на Северо-Кавказском и 4-м Украинском фронтах. Воевал на Ленинградском фронте. А потом пришла настоящая беда и в его личную жизнь.

Вспоминал потом: «Переезды, скальпели хирургов, перевязки. И вот самое трудное — приговор врачей: «Впереди будет всё. Всё, кроме света. Это-то мне предстояло принять, выдержать и осмыслить, уже самому решать вопрос: «Быть или не быть?» А после многих бессонных ночей, взвесив все и ответив: «Да!» — поставить перед собой самую большую и самую важную для себя цель и идти к ней, уже не сдаваясь. Я вновь стал писать стихи».